Цыганок Анатолий Дмитриевич
Центр военного прогнозирования, член-корреспондент Академии военных наук, член Общественного совета Председателя Военно-промышленной комиссии при Правительстве Российской Федерации, доцент факультета мировой политики МГУ.


Главная / Публикации / Печатные СМИ /

Офицеры - сторонники Б.Ельцина в гражданской войне октября 1993 года.

За постсоветское время ни разу армия не дала повод сомневаться в ее верности новому Российскому государству. К сожалению наши либералы по инерции смешивают коммунизм и военную организацию , не замечая что и армия стала другой, что офицерский корпус так же изменился ,как и общество. Наиболее ярко это измененение проявилось в октябре 1993 года , когда на стороне президента в ряды гражданских дружинников записалось около двух тысяч офицеров и прапорщиков всех родов войск, как действующих так и запаса..

В условиях , когда министерство обороны практически предало своего Президента, бросив на произвол судьбы столицу. Огромная часть офицерского корпуса посчитало своим долгом защищать Родину в той структуре, которая внятно объявила о своей прямой поддержке новой Российской власти – Московской городской народной дружине. Из более, чем сорока баррикад, возведенных вокруг Московской мэрии и Кремля подавляющую часть возглавили офицеры. Эта категория участников октябрьских событий оказалась вне публицистики. Почему? Да потому, что не вписывались в традиционный стереотип если офицер- то значит закомплексованный коммунист. А если – демократ то «гайдаро – чубайс».

Такие же оценки и о участии в той войне московских дружинников. Часто приходится слышать, что народные дружины якобы и были созданы специально к тем событиям октября 1993 года, впопыхах.

На самом деле не так. В октябре 1993 г. я уже полгода  года был начальником городского штаба Московских народных дружин и могу рассказать, как было на самом деле.

Офицерский костяк Московской городской народной дружины.

После ликвидации Союзной структуры – Комитета по военной реформы при Госсовете СССР, где я проходил службу в должности эксперта – консультанта, по просьбе Московской Мэрии меня прикомандировали к первому заместителю председателя правительства Москвы –Эрнесту Александровичу Бакирову. Ему была поставлена задача в кратчайшие сроки создать при Правительстве Москвы новое государственно – общественное формирование по аналогу Московской национальной гвардии, которая недолго просуществовав, была расформирована из- за отсутствия нормативной базы. У меня был опыт создания Российской Национальной Гвардии, некоторое время совместно с Э.А.Бакировым проработал в одной из госкомиссий, поэтому выбор пал на меня. Правительству Москвы нами был предложен вариант воссоздать под старым названием «Добровольных народных дружин» принципиально новую структуру –«Московскую городскую народную дружину».

Почему дружину? Во первых под названиями «Добровольной народной охраны» и «Добровольной народной дружиной» существовали подобные структуры до большевистского переворота 1917 года. Во вторых «добровольные дружины» были при Советской власти и давали большой материал для фельетонистов и карикатуристов из-за всеобщего лицемерия. Не секрет, что горкомы партии направляли или «спускали» как тогда говорили разнарядку в горкомы, те напрягали руководителей учреждений и предприятий. Так называемые «добровольцы» получали за каждый выход по отгулу, а к очередному отпуску прибавлялись три дня. Руководителям дружин находили необременительные должности , где они регулярно получали зарплату. В третьих о какой- то методике работы с дружиной еще помнили «на земле» старые участковые ГУВД Москвы. А главное эту идею поддерживал и Моссовет, при котором до 1989 года фактически существовали эти структуры, а при отсутствии нормативной базы это было немаловажно.

 В июле 1992 года распоряжением мэра Москвы Юрием Лужковым № 195- Рм «О реорганизации деятельности и структуры народных дружин г.Москвы» о преобразовании дружин в государственно-общественные формирования - московские народные дружины, финансирующиеся правительство Москвы.

Осенью 1992 года 29 сентября в соответствии с распоряжением мера №379 – РМ « Об утверждении командира и состава Московского городского штаба народных дружин» командиром московских народных дружин был назначен Э.А. Бакиров, а я, соответственно, - начальником штаба. Для руководства народными држинами города в системе правительства Москвы была образованна государственная бюджетная органтизация – Московский городской штаб народной дружины.

А с 9 марта 1993 согласно Постановления Правительства Москвы № 207 «О Московской городской народной дружине» пошло и финансирование этой новой структуры. В принятые Правительством Москвы документах я постарался внести идеологию и задачи национальной гвардии.

В отличие от «добровольных дружин» которые были только придатком милиции и поставляли «свидетелей» прикрытия любых действий милиции, в этих документах сотрудничество с милицией было только одной из четырех задач. Три другие - взаимодействие со Штабом ГОиЧС, взаимодействие с ФСБ и пограничными войсками на территории аэровокзалов и аэропортов, взаимодействие с управлениями МВД на железнодорожном и речном транспорте.

В каждом округе и в каждом муниципальном районе были наши штабы. Я считал, что основу этих формирований - командный костяк должны были составить люди в погонах, офицеры запаса, знающие ,что такое действия в критических ситуациях. Так что начальниками большинства окружных штабов и моими помощниками в городском штабе были по большей части отставные офицеры, носившие генеральские и полковничьи звания. За сравнительно короткий срок были организованны дружины в десяти административных округах, объединивших в своих рядах более 5000 человек.

Для связи с общественностью при Московском городском штабе народных дружин сформиовался Общественный совет. В состав совета вошли Гдлян Т.Х. – председатель народной партии, Дашкевич В.С. – председатель Союза композиторов, Мурашев А.Н. – руководитель либерально – консервативного центра, Нисневич Ю.Д. – координатор общественно – политического центра российских реформ. Черниченко А.Д. – председатель крестьянской партии.

К октябрю наши структуры уже по сути сложились и были вполне дееспособны. Были пошиты первые 300 комплектов формы дружинника, 25 000 трехцветных повязок.

 Штаб обороны Моссовета в условиях гражданской войны октября 1993 года.

 И когда утром 3 октября появились первые жертвы на Смоленской площади, я понял, что дружину надо срочно отмобилизовывать. Да и сами люди уже к середине дня стали подтягиваться к нашему штабу. Первыми пришли отряды, оборонявшие Белый дом в августе 91, - «Дельта», «Россия» (во главе со Славой Крайником, который был тогда командиром дружины района «Замоскворечье»), «Август 91» под руководством Александра Долгалева ( одновременно он-же являлся командиром и городского оперативного отряда). Это и был тот костяк, вокруг которого мы стали организовывать наши ряды. Мне самому было легче такую организационную работу вести потому, что я имел за плечами опыт августа 91 – тогда я был начальником оперативного отдела штаба обороны Белого дома.

К полудню 3 октября перед нами было поставлено три задачи.

 Первая – информировать правительство Москвы о том, что происходит на улицах города.

 Вторая – собирать вокруг наших отрядов надежных людей, по возможности отсекая случайных.

И третья – стараться по мере сил не допускать в центр города праздношатающихся, зевак, которых, как мы помним, оказалось тогда множество. К обеду в городском штабе народной дружины уже функционировали несколько групп. Одна из них – оперативные дежурные; она состояла почти исключительно из офицеров. Группу информации возглавил полковник Александр Шаравин. Технические средства у нас, конечно, были допотопные. Первую схему нашей обороны А. Шаравин разрабатывал карандашом на четырех простых листах бумаги.

 Еще одна группа занималась оформлением приходивших в дружины людей. Возглавлял ее мой заместитель, генерал Анатолий Кириллов. Обеспечением тыла, в частности, питанием, ведал майор Владимир Большаков. Координацию народных дружин на метрополитене, на Московской железной дороге, на речном транспорте и ВОСВОДе осуществлял полковник Геннадий Манаков.

 Начальником отдела по взаимодействию с ГУВД и окружными отделами милиции – капитан милиции Анатолий Михальчук. К этому времени у нас уже было около двух тысяч человек. Обстановка в городе была очень неопределенная и сложная. Для ее выяснения мы организовали разведывательные группы по три – пять человек. Командирам каждой группы, в основном ими были офицеры запаса или кадровые офицеры, я лично ставил задачи с выдачей удостоверений, заверенных моей красной печатью.

Первый доклад Э.А. Бакирову о ситуации в городе я сделал около 15 часов, а в последующем докладывал мэру через каждые тридцать минут. Прибыли отряды медиков из Центроспаса. Медицинская дружина насчитывала более ста человек. Крайник подогнал к мэрии пожарную машину, и с нее выступали люди на стихийном митинге, который шел с 17 часов. Я с этой трибуны призывал людей записываться в народные дружины. Выступали с нее Руслан Мирошник, Вячеслав Крайник, Лев Пономарев, Новодворская. Потом, когда часов с 20 пошел организованный митинг, и выступающие говорили уже с балкона мэрии, машину отогнали, конечно. Мы подсчитывали потом, и по нашим подсчетам оказалось, что вокруг Белого дома в тот день и ночь было около 0,1- 0,15 процента населения Москвы, а возле мэрии – где-то порядка 0.5-0.6 процента. Только повязок дружинника на фоне трехцветного триколора было выдано вновь принятым в народную дружину 16 000 , да плюс резерв около 20 000 человек.

Я имею в виду  не только тех, кто находился  на Тверской, но и на наших баррикадах – на Васильевском спуске, за Центральным телеграфом, на улицах Никитской, Станкевича и так далее. Искренне жаль, что трехцветные повязки нынешнее руководство города отменило , заменив их вновь на повязки красного цвета, с которыми 3-4 октября штурмовали Останкино бойцы генерала Макашова..

 Что касается милиции и ФСБ то они в условиях начала гражданской войны (как и армия, по большому счету, предали своего президента) попряталась и охраняли сами себя. Будем говорить откровенно – город в ту ночь нашей армией был оставлен на произвол судьбы. Но с начальником ГУВД генерал- лейтенантом милиции В.И. Панкратовым у нас на тот момент было налажено очень хорошее, рабочее взаимодействие. Мы постоянно обменивались информацией. О штурме мэрии на Арбате мы доложили мэру буквально через 15 минут.

 К 18 часам у нас уже было построено 25 баррикад по всему центру Москвы, в основном вокруг Мэрии, Центрального телеграфа, по улице Тверской.В той обстановке, по сути, в начавшейся гражданской войне, очень трудно было определять, кто свой, а кто чужой. Не в формы же военные люди были одеты. И конечно, как мы добывали информацию в интересах мэрии, так и с той стороны добывали информацию в интересах Белого дома.

Под вечер пришел ко мне депутат Верховного Совета Виталий Уражцев. Мы с ним были давно знакомы. Он говорит: «Толя, президент Руцкой нуждается в тебе». Я ему отвечаю: «У меня есть свой долг, и я его буду выполнять. Я – сторонник Ельцина». Спустя полгода я встретился с Уражцевым около Исторического музея он шел в колонне после возложения венков у могилы Неизвестного солдата, и он мне прокричал: «Цыганок – предатель!».

Снова, как в 91 году, обратились к нам сотрудники Мосфильма и предложили, если потребуется, подогнать к нам более 100 единиц бронетехники, которую они используют для съемок. Президент «Автолайна» готовил к продаже – покрасил, провел техническое обслуживание – 9 БРДМ (боевых разведывательно-дозорных машин) и привел их ко мне на Тверскую. Одну машину притащили на буксире, и она три дня простояла рядом с входом городского штаба Народных дружин. Все исправные бронетранспортеры я отправил на баррикады, а машину требующую ремонта поставили рядом с памятником Юрию Долгорукову. Эту несчастную машину в ночь с 3на 4 октября атаковали раза три и Служба безопасности президента и милицейский ОМОН, пока мы ее не затащили во двор дома № 8 по Тверской, где располагался городской штаб.

Мы посылали людей охранять разные важные объекты – к примеру, газету «Известия», радиостанцию «Эхо Москвы» (она тогда помещалась на Пятницкой улице). Причем наши люди были без оружия, они должны были только образовать живое кольцо вокруг этих объектов. В 21.30 с балкона мэрии выступил Константин Боровой и потребовал раздать оружие людям, собравшимся на площади, - ведь ситуация развивалась непредсказуемо. В городском штабе шло формирование отряда из военнослужащих, которых намечалось вооружить. Из общего числа дружинников около двух с половиной тысяч были офицеры и прапорщики. Практически был сформирован офицерский полк. Я не сомневаюсь, что это формирование могло бы выполнить поставленную задачу.

 Мы связались тогда с Гайдаром (через Сашу Долгалева) тот нам пообещал, что даст распоряжение МЧС о выдаче под мою ответственность несколько тысяч автоматов. Этот вопрос в течение ночи 4 октября поднимался несколько раз. Эрнест Александрович Бакиров несколько раз уточнял: « Анатолий Дмитриевич! Вы оружие еще не выдали. В штабе готовились списки, уточнялись паспортные данные, об этом помнится даже «Интерфакс» дал информацию, что в Московском городском штабе народных дружин готовятся к выдаче оружие. И только когда стало известно, что в Москву прибывают несколько отрядов милиции особого назначения, где-то под утро я получил команду: «Оружие не выдавать!».

 В ту ночь многие были готовы сдавать кровь, и мы развернули два донорских пункта – один в помещении городского штаба (Тверская 8), а другой прямо на улице в трех автобусах.

В 23.30 стало известно, что комендантом Москвы назначался генерал-лейтенант Александр Николаевич Куликов. В ноль часов 4 октября пришла информация о том, что создан военный штаб, который располагался в здании Правительства РФ на Старой площади. Руководителем этого штаба, который должен был взаимодействовать со всеми воинскими структурами, был назначен генерал – армии Константин Иванович Кобец. Я с Константином Ивановичем был знаком хорошо, служил под его руководством и в штабе обороны Дома Советов РСФСР и в Комитете военной реформы при Государственном Совете СССР.

Где-то под утро от профсоюза авиадиспетчеров России стало известно, что в небе под Москвой находятся 38 самолетов, которые якобы вызывал Руцкой. Я доложил об этом Эрнесту Александровичу Бакирову, он предложил мне связаться с Константином Ивановичем Кобецом, чтобы выяснить, чьи войска загружены на самолеты. И снова, как в 91 году, диспетчеры затягивали посадку самолетов, - мол, не готовы к приему такого большого числа. Константин Иванович потом подтвердил, что эти самолеты летят по распоряжению не Руцкого, а Правительства России.

После выхода указа президента о введении чрезвычайного положения в Москве, где одним из пунктов был раздел о закрытии коммунистических газет, между часом и двумя ночи мы стали высылать дружинников на закрытие газет, таких, как «Советская Россия», «День», «Правда», «Литературная Россия», «Пульс Тушина». Мне докладывали, что все прошло очень спокойно. Особенно никто не возмущался. Из полумиллионного отряда самой крупной организации Компартии России не нашлось даже десятка коммунистов, готовых защищать свою газету. Часть тиража привезли в помещение городского штаба народных дружин, где они валялись до 7 октября при входе и под лестничным маршем, часть складировали на улице. Из половины пачек были сложены импровизированные нары, на которых отдыхали дружинники. Об этом закрытии газет прошла только маленькая заметка в «Аргументах и фактах», где было сообщение дружинника Михайлова из оперативного отряда «ОКДОР», которым командовал продюсер Руслан Мирошник.

Не обошлось и без накладок. Утром 7 октября выйдя из штаба я увидел, что рядом с памятником Юрию Долгорукову горит костер из газет. Какой то умник из штаба дал каманду:» Убрать валявшиеся газеты!», и вместо того , чтобы загрузить в грузовую машину и вывезти этот мусор, ничего умнее не придумали чтобы их сжечь на площади.

Всю ночь и утро надо было как-то людей кормить. Нам помогали многие предприниматели по собственной инициативе. Потом у одной женщины, которая привезла нам сухие пойки, были неприятности, чуть ли не уголовное дело прокуратура завела – за растрату. Мне пришлось даже раздавать справки за своей подписью – о том, что человек действительно был с нами, для предоставления руководителям предприятий. Тогда ведь процентов 75 директоров предприятий в Москве поддержали Верховный Совет РСФСР, и они людям грозили увольнения за прогул. Городским штабом дружины выдали только москвичам более 3 700 таких удостоверений.

А были и другие примеры. Я только позднее узнал, что среди нас была группа каскадеров под руководством Андрея Ростоцкого. Где-то ночью приходит ко мне войсковой старшина и объявляет: «Сотня Всевеликого Войска Донского, в количестве 400 человек, прибыла в Ваше распоряжение для защиты Президента Ельцина». Именно эта сотня выселяла из гостиницы «Россия» множество чеченцев собравшихся там по призыву Хасбулатова, поскольку отделение милиции пасовало перед письмами, подписанными Председателем Президиума ВС РСФСР. Вполне возможно, что это была первая «зачистка» в Москве.

 Но ситуация гражданской войны – очень непростая и, так сказать, неоднозначная. Было распоряжение Президента о прекращении деятельности советов всех уровней, и в Москве мои дружинники это распоряжение выполняли. Во главе Октябрьского райсовета стоял мой  друг  Юра Качанов. Он действительно был убежденным сторонником Хасбулатова, то есть на той момент моим противником. Но я счел своим долгом его предупредить, чтобы он из здания Райсовета ушел. А семья его несколько дней жила в моей квартире. Я и сегодня думаю, что поступил правильно. Такие вот бывают коллизии во время гражданской смуты.

А вот с чем я категорически не согласен – это с тем, что было прекращено уголовное дело по октябрьским событиям. Никто так и не понес ответственности. А ведь погибло 147 человек. Не тысячи, конечно, - все эти бредовые разговоры про баржи, вывозившие горы трупов, я отметаю. Это просто невозможно. С какой стороны, каким образом, кто виноват? Ответов мы так и не имеем. Считаю , что объявление амнистии и прекращение уголовных дел по факту гибели людей на улицах города это принципиальная ошибка Б.Ельцина И это открывает дорогу попыткам самосуда, и не секрет, такие случаи были.

 Начиная с 5 октября, большое число боевиков и их пособников пряталось по Москве. Особенно тяжелое положение сложилось в Северо-Восточном округе, где расположен Телецентр Останкино, и почему-то в Северо-Западном в лесном массиве Серебряного бора. Наши дружинники занимались совместно с внутренними войсками и милицией их поиском.

Вот с чем не справились ни милиция, ни внутренние войска, ни армия , и мы дружина в том числе я считаю, - это с тем, что не смогли поставить какие-то заслоны зевакам, и народ хлынул в самые опасные места. Во время обстрела Дома Советов РСФСР зеваки сидели на мосту , оьбсуждая какими болванками лупят по зданию танки калибра 100 или 120 миллиметров? Поэтому моральную ответственность за кого-то из тех 147 погибших несет и правительство Москвы.

Тесный рабочий контакт у меня был в эти дни с Аркадием Мурашовым, возглавлявшим одно время ГУВД Москвы. Тогда на совещаниях в правительстве, где обсуждались варианты возрождения народных дружин он был противником их создания. Но когда ранним утром 6 октября мы с ним поехали домой (мыжили рядом на Юго- Западе) на его машине позавтракать хоть наконец по-человечески , я его спросил, помня о его возражениях : «Ну как, нужны были народные дружины?». И он признал все-таки, что мы оказались на нужном месте и вовремя.

 За работу народных дружин в эти дни несколько человек получили правительственные награды. Но многие тысячи людей, в том числе и большая часть офицеров, которые тогда были с нами, не ждали никаких наград и не обращались даже за благодарственными грамотами. Они считали, что просто исполнили свой долг, хотя по распоряжению мэра были подготовлены благодарственные письма и мы в городском штабе в течении трех месяцев вручали эти письма на основании списков оставшихся после событий у меня в штабе.

 Из донесения начальника Московского городского штаба народных дружин мэру Москвы, от 8 октября 1993года.

После трагических событий 3-4 октября Московским городским штабом народной дружины проводились мероприятия направленные на нейтрализацию попытки государственного переворота. 3 октября в непосредственное подчинение штаба вошли структуры Союза «Живое кольцо», отряды «Россия», «Август - 91», «Союз казачьих офицеров», «ОКДОР» и другие общественные организации.В городском штабе народной дружины (Тверская 8), было сформировано 59 народных дружин и отрядов общей численностью 16.000 человек, а также подготовлен резерв из 20.000 человек. Указанные дружины и отряды были распределены по следующим объектам:

 на территории вокруг комплекса зданий правительства Москвы (Тверская 13) общей численностью 8.000 человек;

- на территории мэрии Москвы- 3.000 человек;

- в районе комплекса редакции газеты «Известия» - 380 человек, технического центра «Останкино» - 560 человек, радио центра на Пятницкой – 320 человек,

 на ул. Пушкинская – 615 человек.

На Тверском бульваре – 386 человек;

- резерв Московского городского штаба составил - 3.000 человек ( отряды офицеров, каскадеров, воинов – афганцев).

По распоряжению правительства Москвы были выделены отряды по контролю за деятельностью и опечатыванию районных советов народных депутатов: Киевского -180 чел.. Октябьского – 90 чел., Свердловского – 120 чел.,

 для опечатывания редакций газет : «Правда» - 80 чел., «День « и «Литературная Россия» - 100 чел.. «Гласность» - 120чел., «Пульс Тушино» - силами оперативного отряда Северо- Западного округа, «Советская Россия» - 100 чел., «Рабочая трибуна» - 100 чел., «Русский вестник» – 100 чел.

 Отдел разведки ( 10 разведывательных групп) в течении двух суток постоянно вел разведку и информировал правительство об обстановке в районах Дома Советов, комплекса зданий мэрии и центральных улиц города.

В течении двух суток в штабе действовал круглосуточно донорский пункт. В результате проведения профилактических мероприятий народными дружинниками общественностью совместно с органами ГУВД в период чрезвычайного положения в Москве с 20.00 07. 10 по по 8.00 08.10были задержаны 3.581 лицо за преступления, нарушение паспортных правил, правил дорожного движения, хулиганство.

Дата — 29 Июня 2005 года
Опубликовано — журнал "Посев",№1. 2005.С.16-20.



Главная
Военно-политический анализ
Научные доклады
Выступления
Публикации
Электронные СМИ
Печатные СМИ
Цитирование
Об авторе
Контакты


услуги ритуальные недорого . венки из искусственных цветов цена

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на автора:
Цыганок Анатолий Дмитриевич (www.tsiganok.ru) обязательна.
© Военно-политический анализ: Цыганок Анатолий Дмитриевич
Все права защищены | Статистика сайта: LiveInternet.ru