Цыганок Анатолий Дмитриевич
Центр военного прогнозирования, член-корреспондент Академии военных наук, член Общественного совета Председателя Военно-промышленной комиссии при Правительстве Российской Федерации, доцент факультета мировой политики МГУ.


Главная / Публикации / Электронные СМИ /

Проблемы юга России и государств Южного Кавказа.

В регионе формируется три системы безопасности, что не может способствовать становлению всеобщей стабильности.

В этом пространстве действуют в различных направлениях структуры НАТО, ОДКБ и ШОС. В республиках Южного Кавказа имеются серьезные системные различия в представлениях собственной национальной безопасности. Во-первых, Азербайджан и Грузия во главе с Турцией логику обеспечения собственной безопасности связывают с НАТО, и в этих условиях Турция выступает как посредник и влиятельный актор. Не случайно, что в принятой в 2005 году Концепции национальной безопасности Грузии после США и Украины Турция отмечена как третий стратегический союзник.Баку дал предварительное согласие на развертывание в пределах своей территории военного контингента в случае боевых действий против Ирана. Для этих целей на американские деньги оборудованы три бывших советских аэродрома военного назначения: под Сумгаитом (бывший Насосный), где дислоцировался авиационный полк Советской армии, в поселке Кала, недалеко от Баку и в Кюрдамире. Афишируемая цель – защита нефтепровода Баку-Джейхан, реальная задача – блокирование Ирана войсками НАТО с севера и по Каспийскому морю.

Армения свой формат безопасности определила Договором о коллективной безопасности в рамках армяно-российского стратегического сотрудничества .

А Иран пока как наблюдатель ШОС, но вполне возможно станет членам ШОС, ели он выполнит требования кандидата: поддерживать активные торгово-экономические и гуманитарные связи с государствами - членами ШОС, не находиться под санкциями ООН и не вести вооруженные конфликты с другим государством.

Уникальность ситуация, в том, что на одной территории Кавказа одновременное размещение, связанное с проведением этой операции сил и средств, военных баз и объектов России и НАТО, ОБКП. Примером тому дислокация в Азербайджане и Грузии аэродромов авиации НАТО для перевалки грузов в Афганистан, и площадок подскока для авиации Израиля и США при возможном ударе по Ирану. Азербайджан вносит вклад в миротворческий процесс, проводимый НАТО. Миротворцы Азербайджана в настоящее время несут службу в Афганистане. Сейчас территории Азербайджана находится отдельный радиотехнический узел космических войск России в Гобала (Гобала -2, Ляки). Россия оплачивает за аренду $7 млн. в год. И возмещает Азербайджану затраты в размере $ 31млн, связанные с использованием РЛС . Скорее всего Россия не будет продлевать договор об аренде Габалинской РЛС.У России уже есть аналогичная система, более совершенные. 

Но вполне возможно, что специалисты США, появятся на этой базе, тем более что две РЛС США , находиться в Азербайджанском государстве.

В результате «Пятидневной войны» Армения также столкнулась с новыми региональными вызовами. Парадоксально, но усиление позиций и влияния на Южном Кавказе по результатам победоносной августовской войны главного военно-политического союзника Еревана одновременно отдалило Россию от Армении. В первую очередь, практически полностью закрылись коммуникации, соединяющие Россию с Арменией, по которым осуществлялось, в том числе, снабжение дислоцированной в Армении российской базы. Напомним, что возможность транзитного использования грузинской территории для снабжения российских войск в Армении предусматривалась заключенными в 2005г. между Москвой и Тбилиси договоренностями о выводе российских военных баз с территории Грузии.

Понятно, что после российско-грузинской войны возможность военного транзита российских грузов через территорию Грузии в Армению в обозримом будущем практически невозможна. Как, впрочем, затруднены и условия транспортировки невоенных грузов из России в Армению и обратно через территорию Грузии. Использование же территории Азербайджана, равно как и Ирана или Турции, для транзита российских военных грузов в Армению связано с политическими сложностями и ограничениями еще более высокого уровня, хотя и не исключено.

Во всяком случае, в настоящее время снабжение 102–й российской военной базы в Армении осуществляется в основном по воздуху через территорию Азербайджана. Это довольно уникальная ситуация в условиях неурегулированного армяно-азербайджанского карабахского конфликта, с учетом того, что сами наземные коммуникации между Арменией и Азербайджаном не действуют еще с начала 1990-х гг. из-за осуществляемой Баку блокады. Однако, дальнейшее использование Россией территории Азербайджана для военного транзита в Армению, естественно, также имеет свои пределы и ограничения. Как бы то ни было, последствия «Пятидневной войны» и в прямом, и в переносном смысле значительно отдалили Россию от Армении.

С другой стороны, определенную настороженность в последнее время в Ереване вызывает тактическое «газовое сближение» Азербайджана и России (с конца весны 2009г.), инициированное, в свою очередь, нервной реакцией Баку на процесс армяно-турецкого сближения и подписанную 22 апреля в Швейцарии «дорожную карту» между Ереваном и Анкарой .

Два государства - Абхазия и Южная Осетия признаны тремя государствами, Нагорно-Карабахская республика не признана мировым сообществом. Три признанных и три непризнанных мировым сообществом государства Южного Кавказа имеют нерешенные и «замороженные» конфликты и территориальные претензии друг к другу. На Южную Осетию и Абхазию по-прежнему претендует Грузия.

В патовой ситуации (ни войны, ни мира) остаются Армения и Азербайджан. Без подписания мирного соглашения сохраняется перемирие в районе Карабахского конфликта, в состоянии которого замерли Армения, Азербайджан и Нагорно-Карабахская Республика. Главная заинтересованная сторона - Нагорный Карабах, по-прежнему, не участвует в переговорах, хотя имеет международный мандат на участие в них.

Планы и предложения Минской группы ОБСЕ по нормализации Карабахского конфликта не находят поддержки ни в Баку, ни в Ереване, ни в Степанакерте. Отсутствие прогресса в переговорном процессе Карабахского конфликта под эгидой Минской группы ОБСЕ в формате 2,5, где не учитывается мнение непризнанной Нагорно-Карабахской Республики и соответственно не позволяет подписать мирный договор между Азербайджаном и Арменией.

Минская группа ОБСЕ, стороны конфликта и международные структуры продолжают игнорировать подписанное в начале февраля 1995 года тремя сторонами конфликта (Баку, Ереваном и Степанакертом) соглашение по укреплению прекращения огня в Нагорно-Карабахском конфликте (иногда его еще называют соглашением "О предотвращении инцидентов"). Инициатором подписания данного соглашения была Россия.

Напомним, что двумя основными целями вышеупомянутого соглашения было улаживание инцидентов за счет прямой связи между сторонами и затруднить пропагандистскую раскрутку инцидентов для разжигания враждебных настроений. Данное соглашение было зарегистрировано в ОБСЕ, но до сих пор не имплементировано. Отказом от рекомендаций Дартмундской конференции о достижении мирного урегулирования Карабахского конфликта по принципу «step du step» шаг за шагом и поэтапном изменении логики мирного процесса, нуждающегося в изменении отношений между конфликтующими сторонами.

И та, и другая страна являются нашими союзниками. Но здесь есть разница – Армения - член ОДКБ и наш союзник, а с Азербайджаном у нас стратегическое партнерство. Поэтому у нас хорошие отношения и там и там . В переговорном процессе по мирному урегулированию ситуация продолжает оставаться тупиковой. Конфликтующие стороны, как и раньше, остаются на противоположных позициях.

Разногласия остаются и между и внешними игроками. В основе всего процесса по мирному урегулированию продолжает оставаться принцип "да, если". Армянская сторона согласна на вывод вооруженных формирований из некоторых районов зоны безопасности вокруг Нагорного Карабаха, если Азербайджан согласится на проведение референдума по статусу Нагорного Карабаха, то есть на де-факто независимость Нагорного Карабаха от Баку.

Интересы главных внешних игроков Брюсселя, Вашингтона и Москвы - сходятся и в расходятся. Сходятся в том, что конфликт должен быть урегулирован исключительно мирными средствами; армянскому населению Нагорного Карабаха должна быть гарантирована безопасность, международный статус и сухопутная связь с Арменией; окончательный статус Нагорного Карабаха должен быть определен в результате референдума, порядок и сроки проведения которого должны быть определены дальнейшими переговорами в рамках урегулирования конфликта.

Но есть и расхождения. Москва является негласной сторонницей статус-кво в конфликте. Москва согласна на изменение статус-кво, то есть на вывод армянских вооруженных подразделений из пяти районов только в том случае, если будет предпринята полноценная миротворческая операция, а основную часть миротворческого контингента будут составлять российские подразделения.

Брюссель и Вашингтон желают изменения статус-кво путем вывода армянских подразделений из пяти районов "зоны безопасности", которые находятся за пределами административных границ бывшей Нагорно-Карабахской Автономной области. Брюссель и Вашингтон предлагают ввести в состав миротворческого контингента воинские подразделения из тех стран ОБСЕ, которые не имеют прямых геополитических интересов в этом регионе. Они также предлагают, чтобы в составе военных контингентов не было миротворцев из стран посредников Минской группы ОБСЕ, то есть - России, США, Франции, а также сопредельных с регионов стран - Ирана и Турции .

Россия и США, Турция, Иран по разному относятся к проблеме Нагорно-Карабахского конфликта. По поводу Нагорно-Карабахского конфликта и армяно-турецких отношений президент России сделал следующее заявление: "Мы будем продвигать этот вопрос и использовать все возможности, авторитет и влияние Российской Федерации для решения Нагорно-Карабахского конфликта, в то же время, консультируясь в этом вопросе также и с нашими турецкими партнерами". Он также подчеркнул, что и Россия, и Турция заинтересованы в решении Нагорно-Карабахского конфликта. Хозяин Кремля назвал шаги, предпринятые в последнее время в направлении урегулирования, "обнадеживающими". Он заявил, что по ряду вопросов достигнуто согласие, однако нельзя сказать, что во всех вопросах существует взаимопонимание.

Важную роль в формировании взглядов американской администрации на Южный Кавказ и конфликты в регионе сыграл Брюс Джексон (Bruce P. Jackson, President, Project on Transitional Democracies). С этим политическим разработчиком во многом связана позиция США относительно того, что Нагорный Карабах не может вернуться под контроль Азербайджана. За этим реалистическим взглядом мало эмоций и совсем нет симпатий и антипатий, и в этом ценность данного вывода .

Отношение Ирана к безопасности на Кавказе: Из заявления Главы МИД Ирана Манучехром Моттаки «Нагорно-Карабахский конфликт должен быть добровольно урегулирован в условиях серьезной политической воли и спокойного подхода", следует, что в вопросе урегулирования Тегеран остается последовательным сторонником: - невозобновления боевых действий в зоне конфликта, - отсутствия в зоне конфликта каких-либо воинских контингентов по поддержанию мира, прежде всего представляющих внерегиональные силы, сохранения существующего статус-кво в зоне конфликта.Иран занимает транспарентную позицию в отношениях с Азербайджаном и Арменией, готов содействовать Баку и Еревану в разрешении конфликта.

Размещение миротворцев в зоне карабахского конфликта может привести к потере контроля над ситуацией. Маловероятно, что в зоне конфликта будут размещены миротворцы из России или НАТО. Это политический вопрос, и думаю, что на данный момент он актуален. Тем не менее, размещение миротворцев в зоне конфликта может привести к потери контроля над ситуацией.

Попытка решить конфликт военным путем не позволит Азербайджану жить спокойно. Азербайджан может победить армию Нагорного Карабаха, но это приведет к той ситуации, которая сложилась в Ираке. Американцы разгромили иракскую армию, потеряв всего 150 человек, но за последующие 8 лет они потеряли более 4000 солдат.

Не уменьшают уровень безопасности в регионе ни смена политических элит в Грузии, ни создание в противовес России ГУАМ, ни попытки направить энергопотоки в обход России, ни стремление любой ценой вступить в НАТО. Обострению ситуации способствует и осложнившиеся после грузино-осетинской войны практически полный разрыв российско-грузинские отношения и выход Грузии из СНГ.

Два государства - Турция и Иран непосредственно граничат с нестабильным Ираком, постоянно находящимся на грани гражданской войны.

Два государства - Иран и Туркмения имеют общую границу с наркопроизводящим Афганистаном, где девать лет лет ведется американо-натовская операция против движения «Талибан» и структур Аль-Каиды. Анализ действий коалиционной группировки в Афганистане показывает, что, американское командование и их союзники по НАТО с трудом удерживают ситуацию в Афганистане от дестабилизации.

В Настоящее время там находятся свыше 100 тыс. иностранных солдат, в том числе 63 тыс. американских. Если нынешнюю ситуацию в Афганистане сравнивать с ситуацией 25-летней давностью, то поневоле напрашивается аналогия с развитием ситуации во времена Советского Союза. В настоящее время совместная группировка в Афганистане: 90 тысячная Афганская национальная армия, США (насчитывающая 20 тыс. военнослужащих) и НАТО (численность которых в течение года превысит 23 тыс. военнослужащих) контролирует примерно такую же территорию, которую контролировал в восьмидесятых годах СССР. Не ссылаясь на исторический опыт Советской Армии, фактически части союзников занимают примерно те города, что и советские «шурави» и примерно контролируют от 3 до 5% территории, то есть территорию только тех городов и баз, где дислоцируются, да и то только в светлое время суток.

Проблемным становится дальнейшее пребывание натовских солдат в Афганистане, где все явственнее проявляется угроза военного противостояния Афганистана и Пакистана, а также возможен вывод войск коалиционной группировки НАТО. Проведение этой миротворческой операции НАТО висит и от ее обеспечения с использованием территорий Азербайджана, Грузии и стран Средней Азии в качестве аэродромов подскока. Количество аэродромов для бесперебойного снабжения сил НАТО становится все более важным фактором на фоне уменьшения количества натовских аэродромов в Средней Азии.

Не меньшее воздействие на пространство безопасности на всем Кавказе (Северном и Южном) оказывают нерешаемые проблемы армянских, абхазских, азербайджанских, грузинских, дагестанских, ингушских, русских, турок-месхетинцев, южно-осетинских, чеченских, беженцев.

На Кавказе сталкиваются интересы США, России и Китая, Турции, Ирана транснациональных энергетических и транспортных компаний Запада и Востока. Данная политика США в регионе происходила в условиях незавершенности военно-политических операций в Ираке и в Афганистане, продолжающейся арабо-израильской конфронтации, сохранении проблемы Косово и Боснии, а также локальных конфликтов в Южном Кавказе, возрастания напряженности между США и ведущими европейскими государствами, США и Евросоюзом, США и арабским миром, США и Ираном, США и Россией.

Кроме того, впервые за последние десятилетия ухудшились американо-турецкие отношения. Кавказу США, сейчас, отводят три функции: военный транзит; площадки поскока для действий по Иранской территории: добыча и транспортировка нефти и газа. Все остальные задачи были и остаются соподчиненными. На определенных этапах, США пытались вывести государства Кавказа из роли потребителя безопасности и сделать их обеспечивающих безопасность .

Существует много проблем, касающихся раздела Каспия, связанных с разными подходами России, Азербайджана, Казахстана, Туркмении и Ирана к разделу морского дна и водного пространства, милитаризации акватории моря, морского судоходства, транспортировки энергоресурсов. Между каспийскими государствами есть и экономические, и военно-политические, и географические противоречия. Вмешательство «международного сообщества» как в формате США, так и в формате НАТО усложнит эти противоречия. Не следует преуменьшать и влияние проблем, возникающих между Россией, Азербайджаном, Туркменистаном и Ираном по разделу Каспия, а также по транспортировке углеводородов и «замороженности» транспортного коридора «Север- Юг» и «Запад- Восток».

Головной болью для государств Большого Кавказа, и в первую очередь для Турции и Ирана, в ближайшие один - три года станет предполагаемый уход США из Ирака, не исключающий его дробления и создания курдской автономии. Однако США верны своим намерениям, и план навязанного строительства Большого Востока продолжает выполняться. По этому плану для Курдистана отводятся 11 валаетов Турции, север Сирии и часть курдского населения в Армении, шиитский Иран на востоке, и буферное суннитское государство между Сирией, Иорданией и Саудовской Аравией. Непрекращающаяся партизанская война в турецком Курдистане грозит в перспективе вылиться в военный конфликт Турции с РПК. Во многом это зависит от того, каким путем и какими способами и силами коалиционная группировка в Ираке будет решать задачи, как долго продлится операция по выводу сил коалиции и не будут ли перенесены силовые действия на территорию Ирана, Афганистана и Пакистана, что значительно усложнит ситуацию в этом регионе.

Сказываются на пространстве безопасности стремление Турции и Ирана к лидерству на Кавказе, выразившееся в распространении своего влияния на постсоветское государства Южного Кавказа. Непрекращающаяся партизанская война в турецком Курдистане, война сопротивления в Ираке против коалиционной группировки, война шиитов против суннитов, курдов против арабов, перерастает во всеобщую войну всех против всех в Ираке, отрицательно сказывается на безопасность региона, поскольку грозит расползанию децентрализованного терроризма, бандитизма, бытовой вооруженной уголовщины по большей части региона.

Ситуация с безопасностью региона усугубляется и войной отрядов туркменов, узбеков, пуштунов, подразделений Талибана и «Аль-Каиды», наркобаронов, против группировки НАТО южном и центральном Афганистане и усилением транзита афганских наркотиков через страны Кавказа в Россию и Европу.

Не меньшую угрозу для безопасности пространства представляет исламский экстремизм и радикализм. При этом исламский экстремизм с его: непримиримостью к гражданскому светскому обществу и стремлением к его замене исламским, устроенного по законам шариата; отрицающий единство мировой цивилизации с противопоставлением исламской зоны всему остальному миру; не допускающий раздельного сосуществования государства и религии и требующий единства мечети и государства; нетерпимостью к международному праву; опорой на методы дестабилизации ради продвижения своих целей; готовности сотрудничества со всеми силами национализма, сепаратизма создает и несет одну из наиболее сложных проблем в области безопасности. Исламский радикализм на Кавказе неоднороден: в нем имеются и экстремистское течение, не идущее ни на какой компромисс, и умеренный, бытовой радикализм. Если с первым надо вести бескомпромиссную борьбу, в том числе и насильственными методами, то со вторым следует идти на диалог, находить точки соприкосновения. Ослаблению накопившегося потенциала радикализации исламистских движений и предотвращению их перехода на ультрарадикальные позиции могли бы способствовать легитимация умеренного исламского радикализма на Кавказе и перевод решения противоречий между сторонниками исламского радикализма и государственными структурами, а также традиционным исламом, в том числе и суфизмом, из военно-политической в религиозно-теологическую плоскость .

Наметившийся два года назад снижение отношений между Турцией и Арменией, не снизилась. Турции отказывается от нормального развитию отношений между соседними странами, не позволила открыть границы и не признает геноцида армянского населения в начале 20-го века.

Пространство безопасности территории Большого Кавказа становится одним из наиболее сложных и наиболее важных, как во внешней и внутренней политике самой России, так и во внешней и внутренней политике Армения, Азербайджан, Грузия, Туркмения, Казахстан, Турция, Иран. Казахстана, Таджикистана. Международные отношения, между которыми также непростые и отношения, между которыми далеко не безоблачны. Соперничество здесь отныне может стать не только экономическим и политическим, но и военным, принять форму военного противостояния ведущих держав и союзов мира в конфликтных зонах .

Дата — 25 Декабря 2010 года
Опубликовано — Ассоциация военных политатоков.25.12.2010.



Главная
Военно-политический анализ
Научные доклады
Выступления
Публикации
Электронные СМИ
Печатные СМИ
Цитирование
Об авторе
Контакты




При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на автора:
Цыганок Анатолий Дмитриевич (www.tsiganok.ru) обязательна.
© Военно-политический анализ: Цыганок Анатолий Дмитриевич
Все права защищены | Статистика сайта: LiveInternet.ru